Записки реакционера (dmitryjewski) wrote,
Записки реакционера
dmitryjewski

Брехня Тараса

9 марта - день рождения Тараса Шевченко. Человека, который по большому счёту сделал не настолько много, чтобы войти в разряд первостепенных художников и писателей, зато является обладателем дутой скандальной славы и ставший поганым идолищем бандеровщины.

Не кажется ли вам, дорогие читатели, что в Донецке слишком много чести оказывается Тарасу Шевченко - человеку, который не имеет вообще никакого отношения к Донбассу. Лично мне непонятно почему на родине основателя русского кинематографа имя Ханжонкова носит маленькая кинокофейня, а лучший донецкий кинотеатр назван в честь Шевченко. Непонятно почему перед Домом правительства ДНР вместо памятника защитникам Донбасса возвышается уродливый истукан, не не только не имеющий художественной ценности, но ещё и идеологически враждебный: странно держать в доме идолы вражеских богов. Непонятно, почему начинающийся у подножия этого истукана бульвар до сих пор не получил более подобающего имени...

Польские струны Кобзаря
Есть знаменитое изречение: "Был такой деятель искусства, которого художники считали поэтом, а поэты - художником". Это как раз о Шевченко. В литературу его вклад более, чем скромен, особенно если учесть, что его современниками были Пушкин, Лермонтов, Жуковский, Некрасов. Ну никак вирши Шевченко не дотягивают до уровня этих авторов: в большинстве своём это незамысловатые повествовательные зарисовки из жизни малороссийского крестьянства.

Стоит отметить, что у некоторой части дворянства того времени подобные опусы пользовались успехом: в 1820-е годы благодаря так называемому "романтическому национализму" (есть такой термин в истории искусств!) по всей Европе прокатилась мода на стили "этно" и "фолк", причём в основном это был кич весьма лубочного качества. Например, тот же Шевченко в юности был "казачком" у своего помещика Энгельгардта: так именовали камердинеров, ряженых в малороссийские национальные одежды. Эту моду ввели жаждущие реванша польские дворяне, которые "вдруг" воспылали любовью к тем, кого они ещё совсем недавно безжалостно угнетали. Среди значительной части польской интеллигенции в то время стали модными увлечение малорусскими обычаями и повышенный интерес к временам Запорожской Сечи: представителей этого течения, выглядевших в глазах дворянства тех лет весьма экстравагантными личностями, называли "хлопоманами".

Одной лишь фольклористикой дело не обошлось: в польской литературе к середине 1830-х годов сложилась так называемая "украинская школа", представители которой в своём творчестве активно эксплуатировали малороссийскую тематику. Многие популярные сюжеты современной украинской литературы, например стилизованная под легенду история об обладавшем даром предвидения запорожском атамане по имени Вернигора, специально были придуманы польскими писателями тех лет. Украинофильские "эксперименты" польских писателей зачастую принимали ничем не скрываемые формы подрывной деятельности с ярко выраженным русофобским характером. Например, в поэмах Богдана Залеского и Юлиуша Словацкого воспевается Иван Мазепа – совершенно беспринципный человек, для которого предательство было нормой, а переход на сторону Швеции накануне Полтавской битвы – стало всего лишь пунктом, хотя и самым тяжёлым, в огромном перечне совершённых им измен.

Одним из наиболее ярких её представителей был поэт и лютнист Томаш Падура. Многие созданные им песни до сих пор популярны в Польше, а некоторые, такие, как "Гей, соколы!", заслуженно вошли в репертуар лучших исполнителей планеты. Под чрезвычайно сильным влиянием творчества Падуры оказался и Тарас Шевченко, причём заимствования Кобзарём у польского барда весьма часто носили крайне недобросовестный характер. Например, широко известные слова из "Завещания" Шевченко - "Как умру – похороните на Украйне милой…" - являются не чем иным, как почти дословным переводом строк одного из куплетов уже упоминавшейся песни "Гей, соколы!": "Wina, wina, wina dajcie, a jak umrę - pochowajcie na zielonej Ukrainie przy kochanej mej dziewczynie..."

Безусловно, ещё одной чертой прогрессивности, а значит - и востребованности, для Шевченко стали стенания о тяжкой жизни крепостного крестьянства под игом помещиков. Это при том, что во времена Шевченко крепостные составляли в лучшем случае четверть от всего количества крестьян в России, и их доля продолжала неуклонно сокращаться. Если провести аналоги с Западом, то тема крепостничества стала русским аналогом слащавой заокеанской книжицы про хижину дяди Тома: положение негров в США мало чем отличалось от положения крепостных в Европе.

Однако, с темой страданий народа Шевченко явно переборщил. Известно, что знаменитый критик Виссарион Белинский разнёс "Кобзаря" в пух и прах всего двумя словами: "Дёгтя много..." Более красивой и ёмкой оценки всему этому нытью, в основе которого лежал глубоко личный рессентимент автора, придумать сложно.

Возьмём знаменитые строки из поэмы "Катерина", которые любят цитировать бандеровцы: "Кохайтэсь чорнобрыви, та нэ з москалямы!" Шашни героини с расквартированными солдатами окончились тем, что сейчас называется коротким словом "залёт". В те времена это был серьёзный удар по репутации семьи, особенно если отец будущего ребёнка не мог быть найден, как в данной ситуации. Впрочем, даже если бы он и был найден, брак между солдатом и крепостной крестьянкой был хоть и возможен, но весьма затруднён. А что касается "москалей", то этим словом тогда именовали солдат регулярной армии в противовес казакам. Интересно и то, что большинство солдат и офицеров в частях, квартировавшихся на территории современной Украины составляли малороссы: вот вам и "москали", с которыми кохалась Катерина.

"Страдания" содомита
Теперь "страданиях" самого Шевченко. Есть легенда, что он - незаконнорождённый сын кого-то из представителей императорской фамилии, иначе с чего бы августейшие особы стали собирать несколько тысяч рублей (баснословную по тем временам сумму!) на выкуп какого-то, пусть и талантливого, но крепостного. Тем не менее, серьёзных аргументов эта версия не находит: начнём с того, что Энгельгардт запросил столь высокую цену не просто за крестьянина, но за крепостного интеллигента, из которого при определённых вложениях мог бы получиться домашний живописец. Не будем забывать, что до появления фотографии услуги художника были весьма востребованными и стоили недёшево. Как бы там ни было, но августейшая фамилия приняла самое деятельное участие в сборе средств на освобождение Шевченко, что, в конечном итоге, дало ему возможность за государственный счёт получить элитное образование в Академии художеств.

История с выкупом Шевченко тоже весьма мутная. Имеются достоверные сведения, что принимавший самое активное участие в выкупе Шевченко художник Брюллов баловался содомией: для богемы уже тогда это было в порядке вещей. Юноша со смазливой мордашкой (Шевченко в молодости выглядел весьма недурственно!) понравился автору "Последнего дня Помпеи", и ему был предложен весьма понятный компромисс, открывавший путь к вершинам Парнаса... А так как среди содомитов существует неафишируемая, но весьма строгая, внутрикорпоративная солидарность, то Шевченко получил весьма неплохой "социальный лифт". Кстати, оказавшись на свободе, он ничего не сделал для облегчения участи своих родственников, так и остававшихся крепостными до 1861 года.

Чем отплатил Шевченко своим благодетелям? Ничем, кроме самой чёрной неблагодарности. Что касается Шевченко как личности, то он был весьма далёк от того парадного облика, каким его рисуют современные украинские националисты: пьяница, содомит, дебошир, богохульник и сквернослов...

Как известно, Шевченко проходил по делу так называемого "Кирилло-Мефодиевского общества", хотя и не состоял в нём. Следствие нашло, что подстрекаемая польской шляхтой деятельность кирилло-мефодиевцев хотя и вредная, но утопически-прожектёрская: все подсудимые отделались весьма непродолжительной ссылкой на поселение, причём, далеко не в самые отдалённые места. Все, кроме Шевченко: тот был отправлен рядовым в одини из оренбургских линейных батальонов бессрочно, без права выслуги и с запретом писать и рисовать.

Причина оказалась самая банальная: у одного из кирилло-мефодиевцев нашли сборник стихов Шевченко самого возмутительного содержания. Среди всего прочего, на его страницах содержались откровенно оскорбительные выпады в адрес "распинавших Украину" Петра I и Екатерины II: именно это больно задело за живое Николая I, фактически из своего кармана оплатившего свободу автора столь хамского рифмоплётства. Поэтому до воцарения Александра II никакой речи не только об освобождении Шевченко из армии, но даже об улучшении его положения.

Насмешка халтурщика
Вот и возникает вопрос: нужен ли сражающемуся Донецку полученный в наследство от Украины истукан Шевченко - человека, обратившего свой талант во вред Русскому Мiру? Тем более, что сам монумент представляет собой чистой воды халтуру, за которую киевский кичмен Вронский вместе с шайкой сообщников - таких же, как он сам мошенников от искусства, "выдоил" из карманов жителей шахтёрской столицы весьма изрядный гонорар.

Цитирую:

"...сама бронзовая фигура Тараса Шевченко, оказывается, не являлась единственной и сделанной только для города Сталино. Да, наша скульптора Кобзаря — это лишь копия ранее сделанной фигуры. Это четко указано в Постановлении Совмина УССР от 25 декабря 1953 года. «Обязать Министерство культуры УССР передать исполкому Сталинского областного совета трудящихся бронзовую фигуру Т.Г.Шевченко, изготовленную по модели скульптуры, исполненной скульпторами А.П.Олейником и М.К.Вронским», — так черным по белому записано в правительственном решении.

Первый же такой памятник, который можно назвать оригиналом, был установлен на 4 года раньше, чем в Сталино, — 1 июля 1951 года. Это событие произошло в… Канаде! Он появился в парке Оквилл города Торонто. Это был подарок от украинского советского народа украинцам Канады в День Канады и в честь 60-летия украинской диаспоры в той стране. Там только пьедестал другого вида, чем в нашем городе. За эту фигуру Тараса Шевченко в бронзе авторы — скульпторы Олейник и Вронский были удостоены в том же, 1951 году, Сталинской премии 2-й степени в размере 50 тыс. рублей.

Однако с канадским Кобзарем в итоге приключилась трагическая история. Он вполне благополучно простоял в парке Торонто до конца декабря 2006 года. Затем с ним случилось ЧП, загадка и мотивы которого не раскрыты до сих пор. Оказывается бронзовый Тарас Шевченко был… похищен! Прямо со своего постамента! Неизвестные преступники только оставили на месте часть ног памятника поэту. По версиям полиции Торонто, злоумышленники планировали сдать статую на металлолом. По тогдашним ценам, она могла быть продана за 20 тыс. канадских долларов. Этот акт вандализма не раскрыт до сих пор.

Надо отметить, что данная модель скульптуры Тараса Шевченко оказалась настолько удачной, что ее рекомендовали воздвигнуть не только в городе Сталино. Она появилась и в непосредственно в родных краях Кобзаря. Примерно такой памятник Шевченко тех же авторов (только архитектор другой) был сделан и установлен в 1964 году в Черкассах. Похожий на донецкий, но только бюст поэта до груди установлен в Переяславе-Хмельницком в 1954 году напротив входа музея Завета Т.Г.Шевченко. Музей размещен в доме врача А.А. Козачковского. Именно в этом доме Шевченко написал свое самое великое произведение «Заповiт».

Кстати, и пьедестал нашего памятника тоже не единичный. Но здесь уже первенство принадлежит городу Донецку. А в Днепропетровске на подобном пьедестале 6 ноября 1957 года был установлен… Владимир Ульянов-Ленин. Авторами памятника являются снова Алексей Олейник и Макар Вронский. Только на том пьедестале на фризе изображены не герои произведений Тараса Шевченко, как это сделано у нас, а революционные флаги. Вот такой получается в итоге расклад..."


И далее здесь же - об одном из авторов этого истукана, киевском кичмене (назвать скульптором этого халтурщика язык не поднимается!) Макаре Вронском:

"Макар Кондратьевич так часто и много лепил ленинских бюстов, что порой забывал, какие детали придавал тому или иному объекту. Однажды при формовке статуи днепропетровского образца формовщик сбил Ленину лысину, о чем предупредил скульптора. «Ничего страшного, — махнул тот рукой, — надену ему картуз». И быстро слепил на сбитом куске фуражку. А когда фигуру отлили, то пришли в ужас – у Ильича оказалось два головных убора: один он держал в руке, а другой красовался на голове. Пришлось срочно переделывать…"

Доколе мы будем терпеть эту халтуру киевских кичменов в Донецке, это откровенное бандеровское надругательство над Донбассом, чья красная цена, как выясняется, - двадцать канадских (чуть менее пятнадцати американских) килобаксов. По сути дела установка памятника Шевченко в тогда ещё Сталино оказалась плевком Киева в лицо трудовому шахтёрскому краю: типа, что вы понимаете, работяги-провинциалы в высокой халтуре, ой, простите - культуре? Получайте себе идола и водите вокруг него хороводы: пипл схавает...

Пора на его месте возвести мемориал героям антибандеровского движения, переименовать бульвар Шевченко в проспект Русской Весны... Нечего терпеть украинскую мерзость на улицах русского города! И чем быстрее Донбасс избавится от этого мусора - тем лучше. Крушить истукан не надо, но цивилизованно обменять на памятники советским воинам, над которыми глумятся бандеровцы, или иные монументы, которые дороги нашему сердцу - можно и нужно.

Постскриптумъ. 9 марта 2018 года луганская интеллигенция потребовала демонтажа памятника Шевченко в столице ЛНР и возведения на его месте монумента более достойной личности... Дончане, не отстаём! Очистим Донецк от украинского хлама!

Tags: ДНР, Донецк, Карл Брюллов, Киев, ЛНР, Луганск, Тарас Шевченко, бандеровцы, идол, истукан, кич, памятник, содомия, халтура
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments